На главную
Последние поступления
Фотогалерея
Журналы
Наши книги
Контакты
Интернет-магазин
Купить вне Дагестана
Благотворительные издания
Книга отзывов
Блог





Все новости
ИЗ СОКРОВИЩНИЦЫ «ЭПОХИ»
19.12.2017

… Мерван двинулся в страну Сермер (Сермез или Серм), султан которой бежал и укрылся в своей неприступной крепости. Мерван последовал за ним и, окружив эту крепость, простоял перед нею целый год, но ничего не мог сделать, так как никто не выходил из неё, никто не вступал с ним ни в битву, ни в сношения. Тем не менее он поклялся, что не только войдет в крепость, но и будет есть там, и для того чтобы выполнить это, прибег к хитрости.

Он написал письмо: «От Мервана, сына Мухаммеда, государю Серма. Я поклялся не вернуться назад, не войдя в эту крепость, а потому прошу впустить меня одного, чтобы клятва была выполнена. Затем я удалюсь немедленно».

С письмом этим отправился сам Мерван под видом посла, и был впущен и приведён к шаху Серма, который по прочтении письма спросил его: «Возможно ли, чтобы Мерван ступил хоть шаг в такую крепость? Раз ты прибыл сюда, – осмотри её, полюбуйся, чтобы убедиться насколько она неприступна врагу».

Осмотрев крепость, Мерван заявил, что голоден, и ему дали мяса и хлеба. Он поел того и другого и, вернувшись затем к войску, написал письмо к шаху Серма: «Имея в виду, что с письмом приходил я сам, Мерван, под видом посла. Клятва моя исполнена: я вошёл в твою цитадель, осмотрел ей и заметил слабые места, благодаря которым, Бог даст, не замедлю снова войти».

Сильно опечаленный этой смелостью и опасаясь хитрости Мервана, шах Серма согласился заключить мир и обязался доставлять ему в Дербенд ежегодно пятьсот юношей, столько же девиц, столько же мер пшеницы и десять тысяч дукатов. Получив эту дань от шаха Серма, Мерван двинулся на крепость Хумрин (Humrin), у которой произошли ожесточённые битвы и погибло много мусульман. Мерван объявил поэтому, что даст тысячу динариев и лучшую женщину крепости тому, кто первый взойдёт на её стены или проникнет внутрь.

Один из горцев (таулу или танухлу?), воспользовавшись оплошностью гарнизона, прокрался в крепость и открыл ворота. Перепуганные жители побросали тогда свои семьи и имущество и разбежались, а оставшиеся умоляли о пощаде. Воин, открывший ворота, получил 10 тысяч динариев и женщину по своему выбору. Он уже спускался вместе с нею с высокой цитадели, как вдруг она схватила его и кинулась в глубокую пропасть, где разбились вдребезги. Разгневанный этим, Мерван приказал вырезать поголовно весь гарнизон и население крепости, что и было исполнено».

Дагестанская историческая хроника «Дербенд-наме» (приведённый отрывок взят именно оттуда) – один из самых востребованных литературных памятников. В распоряжении исследователей около 40 списков хроники на персидском, турецком, арабском языках, на многих языках народов Дагестана, сочинение переведено на многие европейские языки. Мы имеем удовольствие читать первый перевод сочинения на русский язык, выполненный не специалистом-востоковедом, а военным человеком, знаменитым героем взятия Мерва, генерал-лейтенантом Максудом Алихановым-Аварским. Вступительную статью и комментарии к главам книги написал учёный-востоковед Амри Рзаевич Шихсаидов, что придало истории дербентской крепости ещё большую ценность, сделало её доступной для восприятия, расширив читательскую аудиторию.

Приобрести книгу «Тарихи Дербендъ-наме» можно в салоне книги издательского дома «Эпоха», что на ул. Коркмасова, 13 «а».

Добро пожаловать! И помните, что книга остаётся лучшим подарком и на Новый год.

Будьте здоровы и счастливы!

 
ЗОЛОТЫЕ СЛОВА
18.12.2017

·        Знания, за которые платят, запоминаются лучше. (Рабби Нахман)

·        Чему бы ты ни учился, ты учишься для себя. (Петроний)

 
МОЯ ПЕРВАЯ ШКОЛА
18.12.2017

Учитель, видимо, с радостью встретил как меня, так и в особенности большой пирог. Он ласково взял меня за руку и указал мне место в классе.

Класс этот помещался на балконе, вдоль которого было положено длинное бревно; место за бревном было застлано соломою, которую ученики сами собирали на жительских гумнах, когда там молотили хлеб. На этой-то соломе лицом к бревну сидели все ученики, будущие мои товарищи, и перед каждым из них лежало по два плоских камня, поставленных один подле другого углообразно, чтобы могли на них лежать книжки или азбучные доски.

Так как у меня не было ни соломы, ни камней, то учитель одолжил их мне – только на время. Не дольше как на другой же день, рано утром, один из новых товарищей моих сказал мне, что он знает, где в ауле молотят хлеб; и я вместе с ним отправился на гумно попросить себе соломы. Получив вязанку, я принёс её в училище, уселся на неё и был счастлив при мысли, что и я мальчик по Корану, что и я пользуюсь правами этого лестного титула.

Окончательно же я возрадовался только тогда, как услышал с крыши одного дома голос, который взывал: «Кто имеет право получать закаат, пусть явится!» Я побежал с другими учениками на этот крик, и мы получили чашки для пшеницы, за которые тотчас же купили  себе яблок, а учитель поделил их между нами, причём не забыл и себя, и своего сына, которого даже дома не было в это время…

Когда я дошёл до Кульго, учитель перевязал мне большой палец правой руки толстою шерстяною ниткой и затем отправил домой. Через три дня после этого наш работник нёс к учителю три хлеба, большой супник похлёбки из пшеницы и бобов, кувшин бузы и ляжку копчёного барана. И пока я кончил весь Коран, несколько раз относились в дом учителя подобные подарки, а именно всякий раз, как только доходил я до известных глав Корана.

Наконец, настал для меня и торжественный день, в который я кончил весь Коран. Ещё накануне этого дня учитель сказал мне, чтобы я известил об этом своих родителей, что я и исполнил. Когда же в школе читал последнюю главу Корана, дошёл я до последней строки, все ученики встали с мест и начали приготовляться точно бежать куда-нибудь: одни снимали с себя шубы, другие – сапоги, третьи засучили рукава своих рубашек до локтей, будто приготовились к кулачному бою. Когда же я произнёс последнее слово Корана, в тот же миг я очутился на руках товарищей, которые понесли меня в дом моих родителей и не прежде положили меня на землю, как мать моя дала им чашку орехов.

Дома между тем был приготовлен обед, на который явились по приглашению влиятельнейшие люди аула, за которыми учитель воссел на самом почётном месте. После же обеда отец вручил учителю 2 р. 50 к. и поблагодарил его за труды, а старики и прочие муллы пожелали мне успеха в дальнейшем учении, чтобы я сделался, наконец, таким же учёным мужем, как мой отец; потом все стали расходиться по домам, оттирая свои сальные руки о бороды и лица.

С того дня, как происходила вся эта церемония, началась для меня новая жизнь: отец подарил для меня пашню, а мать – покосное место; но самою большою наградою для меня были слышанные иногда от разных лиц похвалы, что вот я такой маленький, а кончил уже Коран всего за три месяца, тогда как другие ученики учились уже по целым годам, а всё ещё не выходили из школы…»

Этот отрывок из книги Абдулы Омарова «Воспоминания муталима» приведён в качестве хрестоматийного материала в учебном пособии для 9 класса «Культура и традиции народов Дагестана» Х. Магомедсалихова. Пособие изобилует хрестоматийными примерами, взятыми из литературных памятников, этнографических материалов, что делает книгу легко читаемой и интересной. Приобрести книгу «Культура и традиции народов Дагестана» Х. Магомедсалихова можно в салоне книги издательского дома «Эпоха».

Напоминаем наш график работы: в будни – с 9:00 до 17:00, суббота – с 10:00 до 15:00, воскресенье – выходной.

Добро пожаловать в салон книги «Эпоха» на ул. Коркмасова, 13 «а»!  
 
ИЗРЕЧЕНИЕ ДНЯ
15.12.2017

Один отец значит больше, чем сто учителей. (Д. Герберт)

 
ЭТО СТОИТ ПРОЧИТАТЬ
15.12.2017

Каждый день после работы он мылся в общественной душевой, чтобы скрыть от семьи свой секрет. Но однажды его дочери все узнали…

Недавно фотожурналист “GMB Akash” разместил на своей страничке Facebook невероятно трогательный пост. В нём рассказывается история бедного человека, который долгие годы трудился уборщиком, чтобы его дети могли получить достойное образование — то, чего у него никогда не было. Вот его рассказ.

Я никогда не рассказывал детям о своей работе, не желая, чтобы они стыдились меня. Когда младшая дочь расспрашивала меня о моём роде занятий, я всегда отвечал ей, что работаю разнорабочим. Перед тем, как вернуться домой, я каждый день мылся под душем в общественных туалетах, поэтому мои дети даже не подозревали о моей настоящей работе. Я мечтал отправить всех своих дочерей в школу, чтобы они выучились и получили достойную профессию. Я делал всё, что в моих силах, чтобы они могли жить достойно. Мне очень не хотелось, чтобы кто-то хоть раз посмотрел на них так же, как на меня…

Люди всегда меня унижали. Я вложил все свои деньги в образование дочерей. Я никогда не мог купить себе новую рубашку, поскольку тратил всё, что зарабатывал, на школьные учебники. Я был уборщиком. Накануне последней даты приёма в колледж моей старшей дочери мне так и не удалось собрать достаточно денег на вступительный взнос. В тот день я не мог работать. Я просто сидел рядом с кучей мусора, пытаясь скрыть слёзы. Все мои коллеги поглядывали на меня с сочувствием, но никто из них не пытался заговорить со мной. Я очень старался, но потерпел неудачу, поэтому чувствовал себя убитым горем. Я понятия не имел, что скажу своей дочери, когда она спросит меня о вступительном взносе. Я родился в нищете, но всегда мечтал о лучшей жизни для своих детей. А теперь моим мечтам не суждено было исполниться…

После работы ко мне подошли все уборщики, с которыми я работал. Они сели рядом и спросили меня, считаю ли я их своими братьями. Прежде чем я смог хоть что-то ответить, мои коллеги передали мне весь свой доход за один день. Когда я попытался отказаться, они сказали: «Если нужно, мы будем сегодня голодать, но НАША дочь должна пойти в колледж!» Я не смог им отказать. В тот день я впервые не принял душ, а вернулся в свой дом, как уборщик…

Моя старшая дочь скоро закончит университет. У неё уже сейчас есть работа на неполный рабочий день, которая позволяет оплачивать обучение остальных трёх сестёр. Дети больше не пускают меня на работу. Но несколько раз в неделю моя старшая дочь приходит вместе со мной туда, где я раньше работал, и кормит обедом всех моих бывших коллег. Они смеются и спрашивают её, почему она так часто их кормит. Моя дочь отвечает им: «В тот день вы все голодали, чтобы я стала тем, кем являюсь сегодня. Теперь молитесь за меня, чтобы я могла кормить вас всех каждый день!» В настоящее время я не чувствую себя бедным человеком.

Тот, кто имеет таких детей, не может быть бедным! Этот простой человек, так много сделавший для своих дочерей, может послужить хорошим примером для всех нас. Не стоит забывать, на какие жертвы порой приходится идти нашим родителям, чтобы обеспечить нам лучшее будущее!

А вы давно благодарили своих родителей?

 
ИЗ СОКРОВИЩНИЦЫ «ЭПОХИ»
14.12.2017

23 ноября 1851 года Хаджи-Мурат перешёл на сторону русских. Его жена Сану, мать Залму, два мальчика и четыре девочки остались в ауле Цельмес, приютившемся под стенами Хунзахского плато.

Даниель-Султан – наиб Харахинский, узнав об измене Хаджи-Мурата, велел посадить в яму семью беглеца. Выполняя это приказание, мюриды сначала разграбили дом, а затем подожгли его. Люди Даниель-Султана устроили возле горящего здания дикую оргию.

При этом, говорят, произошёл такой эпизод: во время обыска Сану успела передать соседке мешочек с кольцами, браслетами и небольшим количеством денег, но сделала это так неловко, что действия женщин были замечены мюридами. Они отобрали драгоценности, повалили посредницу на землю, обнажили ей грудь и насыпали горящие угли на голое тело. Жена Хаджи-Мурата увидела это, вырвалась из рук мюридов, сбросила угли и, подняв на ноги перепуганную женщину, отправила её домой.

Когда семью Хаджи-Мурата вели в яму, каждый сопротивлялся, как мог, но больше всех – одиннадцатилетний Гулла, прозванный Хаджи-Муратом «пулей». Увидев, что мюриды толкают бабушку Залму, мальчик схватился за рукоятку маленького кинжала, висевшего на поясе. Ему тут же скрутили руки. Тогда Гулла стал кусаться и бить мюридов ногами. Озверев, те повалили мальчика на землю, избили его и бросили в яму.

В темницу, где сидела бабушка Залму, жена Хаджи-Мурата Сану, сыновья Гулла и Абдул-Кадыр и дочери Баху, Бахтике, Семисхан и Кихилай, один раз в сутки приносили по чашке воды и горсть сухих кукурузных галушек.

Тяжелее всех пришлось Сану. Через 3 месяца в той же яме она родила мальчика. Пеленать ребёнка было нечем. Женщины своими телами согревали младенца, которого в честь отца назвали Хаджи-Муратом. Иногда бабушке и Гулле разрешали выходить за пищей, но рассказывают, что мальчика при этом каждый раз избивали. Не возвратиться Гулла не мог: два брата и четыре сестры ждали его.

«Со смехом или со слезами, но Гулла должен вернуться в темницу», – говорил по этому поводу ребёнок. Слова Гуллы стали крылатыми и до сих пор живут среди аварцев как пословица.

Матерью этого мальчика была не Сану. Он родился от первой жены Хаджи-Мурата, грузинки Дариджы, захваченной во время одного из набегов на Кахетию.

Сану, вторая жена Хаджи-Мурата, была родом из Чечни. Когда она выходила замуж за дагестанца, а случилось это в Ведено, девушке шёл двадцатый год. Впоследствии, через много лет, Сану рассказывала, что сватать её приходил сам Шамиль, а в день свадьбы имам сидел на самом почётном месте у костра.

Когда Сану выдавали замуж, её отца, чеченца Дурди, уже не было в живых. А погиб он в какой-то мере из-за дочери.

Случилось это так.

Одним из самых смелых наибов Шамиля считался А. Так вот этот наиб в своё время, ещё до Хаджи-Мурата, сватал Сану.

Неизвестно почему, но Дурди не захотел иметь родственных связей с А. Тогда наиб вызвал чеченца к себе. Не поехать было нельзя. Ослушаться – значит проявить неуважение к самому имаму.

Рассказывают, что когда чеченец стал собираться в дорогу, его жена, кабардинка Кумси, посоветовала взять с собой охрану.

Дурди сначала отмалчивался, видимо, раздумывая: согласиться с женой или нет. Всё говорило о том, что вызов наиба связан с неудачным его сватовством к Сану. «Нет, – решил Дурди, – поеду один. Скажут: трус, едет с целым караваном».

Дурди, видимо, надеялся на свою богатырскую силу. Был он плечист, и ростом больше двух метров. Не каждая лошадь могла носить этого человека, и не всякая сабля годилась ему. Чеченцы восхищались великолепным сложением своего богатыря и называли его не иначе как дэвом.  Под стать отцу выросли и сыновья. Их у Дурди было семеро. И все семеро погибли в боях с царскими войсками.

Наконец Дурди пустился в путь. Но не успел он отъехать от родного села Гихи-Мартан и 15 вёрст, как раздались выстрелы. Пуля попала ему в спину. Потеряв сознание, чеченец упал на землю, а лошадь понеслась обратно в аул. Раненого Дурди привезли домой, где он вскоре скончался.

После похорон отца на Сану посыпались упрёки. Мать считала её виновницей смерти Дурди. Однажды, когда Кумси снова стала поносить дочь, Сану достала отцовский кинжал и полоснула себя по шее. Горские лекари спасли девушку. Мать опомнилась: нет сыновей, нет мужа, неужто и дочь должна погибнуть?

Шрам не изуродовал девушку, но с тех пор она наглухо закрывала шею платком. Была Сану рослой и стройной. В Чечне, где женская красота так же ценится, как и мужская удаль, девушкой гордились, её знали и любили повсюду.

И вот в те дни, когда Сану с детьми страдала в цельмесской темнице, ей через послов предложил свою руку наиб Даниель-Султан.  

– Скорее сто раз умру, чем стану женой человека, поставившего капкан моему льву, – таков был ответ.

Впоследствии Сану насильно выдали замуж за одного арабиста из Тлоха.

В 1891 году там же, в Тлохе, красавица скончалась, пережив своего мужа, Хаджи-Мурата, почти на 40 лет. Рядом с ней погребены Хаджи-Мурат-младший и сестра Джавгарат.

Эту удивительную историю – не сказку и не легенду – изложил в своей книге «Дочери Дагестана» Булач Гаджиев. В книгу вошли 120 историй о горянках, а также о женщинах, нашедших в Дагестане свою судьбу. Эту книгу вы прочитаете легко, залпом, и ещё не раз будете перечитывать её. Она того стоит, а вернее, её автор – непревзойдённый рассказчик, неутомимый краевед, Народный учитель СССР Булач Имадутдинович Гаджиев.

Приобрести книгу Б. Гаджиева «Дочери Дагестана» можно в салоне книги издательского дома «Эпоха», что находится на ул. Коркмасова, 13 «а».

Добро пожаловать в «Эпоху»! Мы всегда вам рады!

 
НЕПРЕЛОЖНАЯ ИСТИНА
13.12.2017

Жестокость по отношению к животным не может существовать ни там, где люди по-настоящему образованы, ни там, где царит истинная ученость. Эта жестокость – один из характернейших грехов низкого и неблагородного народа. (Александр Гумбольдт)

 
ИЗ СОКРОВИЩНИЦЫ «ЭПОХИ»
13.12.2017

… Меня разбудил сильный всплеск. Открыв глаза, я посмотрел на сетки: может, в них попалась рыба? Рыба, действительно, почти утопила сети – видать её было много. На поверхности колыхались, то уходя в воду, то выныривая сторожевые поплавки на концах сетей. Всплеск повторился, но не со стороны сетей. Оглянувшись, я увидел выдру, плывущую в сторону ондатровой хатки. В зубах она держала крупного сазана. Будто не замечая меня, она уткнулась в дерево в нескольких шагах от меня и взобралась на него с рыбой. Я был весьма озадачен, хоть ветер дул на меня и я не шевелился, она должна была заметить меня. Ведь выдры очень умны и осторожны, и не каждому охотнику удаётся порадовать жену роскошной шкуркой.

Я слышал, что в заливе встречаются выдры, но за несколько лет не видел ни одну. Приглядевшись, я понял причину беспечности выдры – она была слепой. Заряд дроби выбил ей глаза, оставив уродливые шрамы. Как она выжила, одному богу известно.

Выдра издала призывный крик. Из ондатровой хатки выкарабкались два детёныша выдры. Путаясь в коротеньких лапках, они спешили к матери. С голодным урчанием, не обращая внимания на меня, они накинулись на добычу. Но их ещё слабые челюсти не могли пробить чешуйчатую броню сазана, и мать сама стала разделывать рыбу острыми зубами. Я долго смотрел на забавных малышей и заботливую мать. Наевшись, все скрылись в хатке. На остатки рыбы тут же набросились вездесущие чайки, тоже не обращая внимания на меня. Впрочем, их наглость не знает границ.

Я же стал выбирать рыбу и снимать сетки. Улов был приличный, лодка была переполнена сомами, сазанами и крупными судаками. С ещё большим трудом я пробрался через камыши и уже в темноте, поздно вечером, вернулся к охотничьему домику. Все уже отдыхали. Гасан, бывший егерь, впавший в немилость гендиректора, и теперь работавший рыбаком, поставил на стол хинкал и налил горячей шурпы. За ужином я рассказал ему о неожиданной встрече. У него сразу же загорелись глаза.

– Да ты знаешь, сколько стоит шкурка выдры? Десять тысяч! Завтра де поедем и добудем её, – разгорячился он.

Но когда я сказал, что выдра с детёнышами, и даже будь она без них, я не показал бы никому место их обитания, он немного успокоился.

Вообще-то он отличный парень, этот Гасан, и мы с ним на дружеской ноге, несмотря на его вспыльчивый характер. Тем более он не может долго обижаться. Мы продолжили дружескую беседу, уютно устроившись возле самодельной печки, покуривая сигареты.

Я же не мог забыть слепую выдру и думал, что слепа не она, а мы, так бездушно относящиеся к природе, и первоклассная шкура выдры может многим закрыть глаза на красоту живой природы и её незащищённость.

Это ещё одна история из записок натуралиста Алибека Джаватханова, которыми он поделился в книге «Гороч». Написанная лёгким языком, с юмором, книга эта пронизана любовью к братьям нашим меньшим. Приобрести книгу А. Джаватханова «Гороч» можно в салоне книги издательского дома «Эпоха».

Мы находимся на ул. Коркмасова, 13 «а». Часы работы в будни – с 09:00 до 17:00, в субботу – с 10:00 до 15:00. Воскресенье – выходной.  

Добро пожаловать в «Эпоху»! 

 
CОКРОВИЩНИЦА "ЭПОХИ"
12.12.2017

…в 1930 году в Дагестан приехала сестра В.И. Ленина М.И. Ульянова. И так случилось, что во время поездки она вдруг заболела. Ухаживать за знаменитой больной доверили молодой медсестре Изумруд, которая хорошо знала русский и могла исполнять роль переводчицы.

Мария Ильинична, очень довольная заботой и вниманием юной медсестры, скромной и непосредственной, стала интересоваться её судьбой: кто её родители, кем работают и т.д.

– Родители умерли. Меня вырастил мой дядя Абдулкадыр. Он мне как отец, – ответила Изумруд.

– Дальше учиться не хочешь?

– Хочу! Очень хочу!

Марии Ильиничне так понравилась эта скромная и обаятельная медицинская сестра, что после выздоровления она попросила Наркомздрав Дагестана направить её учиться в Москву. Вот так нежданно-негаданно девушка из Хасавюрта очутилась в столице Советского Союза и одной из первых кумычек и дагестанок с отличием окончила Московский медицинский институт…

Перед войной Изумруд переехала по месту работы мужа в Ленинград. Через несколько месяцев началась Великая Отечественная война. Мужа направили на фронт, вскоре он пал смертью храбрых.

Изумруд осталась одна в осаждённом городе, держалась стойко и продолжала работать; как и все ленинградцы, она мужественно перенесла лишения, находила в себе силы, чтобы помочь ленинградцам. Однажды ночью, измождённая горем и обессиленная от долгого недоедания, Изумруд услышала слабые стуки в дверь. У порога, словно призрак, лежала женщина:

– Доктор, помогите, – успела она произнести и потеряла сознание.

Изумруд, сама чуть не теряя сознание, долго возилась над нею, но спасти её не смогла. Она приютила её двух осиротевших детей и не дала им погибнуть, отдавая им свой паёк, хотя не раз сама падала в обморок от голода.

В те очень трудные дни, когда враг поставил цель стереть город с лица земли, Изумруд (по мужу Мусаева) работала заместителем начальника райздравотдела Ленинграда. Она сделала всё возможное и невозможное, чтобы спасти умирающих от ран и голода горожан, облегчить страдания больных и раненых в осаждённом городе, сумела переправить на Большую землю многих, в том числе Валю и Юру – детей своей соседки…

До последних дней своей жизни Изумруд Латиповна вспоминала чаепития у Марии Ильиничны. Чай пили из старинного медного самовара, с домашними пирожками с морковью и картошкой; а когда Изумруд уходила в общежитие, Мария Ильинична каждый раз вручала ей свёрточек с пирожками.

Однажды разговор зашёл о пирожках и Надежда Константиновна сказала: «Я, милая Изумрудик, готовлю неважно, зато шью хорошо». На Надежде Константиновне всегда были аккуратные, симпатичные блузки в полоску, и Изумруд, заметив это, спросила:

– Вы очень любите полосочку?

Надежда Константиновна ответила:

– Да, это всё из рубашек Владимира Ильича перешито…

Очерк об Изумруд Латиповне Клычевой Магомед Атабаев включил в свой сборник «Похищенная смерть». Автор очень хотел, чтобы дагестанцы узнали о своей землячке, прошедшей огненными дорогами войны вместе с 21-й армией в качестве начальника отдела эвакуации и первой медицинской помощи.

Награждённая в военное время множеством медалей, в мирное время Изумруд Латиповна была удостоена ордена Трудового Красного Знамени.

Изумруд Клычева похоронена на родине, в Кандаур-ауле.

Приобрести книгу М. Атабаева «Похищенная смерть», посвящённую героям Великой Отечественной войны, можно в салоне книги издательского дома «Эпоха».

Добро пожаловать!

 
ЧЕЛОВЕЧНОСТЬ
08.12.2017

Имей сердце, имей душу, и будешь человек во всякое время. (Денис Иванович Фонвизин)

 
<< В начало < Предыдущая 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 Следующая > В конец >>

Всего 31 - 40 из 1088
Новости
Поздравляем Рашидат Халидову – доктора филологических наук, с выходом в свет книги «Каратинские сказки». Это первый итог её работы по сбору и фиксации произведений устного народного творчества малочисленного этноса андийской языковой подгруппы – карантинцев. Красочно иллюстрированная книга «Каратинские сказки» знакомит маленьких читателей с богатым фольклорным творчеством, наполненным волшебством и мудростью жителей гор. Каждая сказка заканчивается поговоркой-поучением и к каждой из них дан перевод на русский язык, что делает её интересной и для русскоязычного читателя, давая ему возможность узнать о характере, обычаях и традициях каратинцев. Предназначена, прежде всего, для носителей бесписьменного каратинского языка. Также может быть использована лингвистами и фольклористами, изучающими язык, быт и культуру каратинцев. Напоминаем, что салон книги издательского дома «Эпоха» находится на ул. Коркмасова, 13 «а». Мы всегда рады посетителям. Добро пожаловать!
12 Февраль 2018
Copyright © ООО "ИД "Эпоха" 2005 г.
Вход для администратора